Фантастика

Материал из Lurkmore

◄ ►

Научная фантастика такая научная

 

Фантастика — сорт литературы и кина, основанный на звездолётах, ОБЧР, машинах времени и неизвестном. Некогда доставлявший стараниями ремесленников сейчас в основном мутировавший в б-гомерзкое тоскливое дерьмо. Наилучшие образцы рядом нердов возводятся в степень культа.

Зарождение жанра

До сих пор не удаётся ни выяснить однозначно имён отцов-основателей, ни даже дать внятного определения самому жанру, хотя элементы фантастики встречаются ещё в произведениях, которым сто лет в обед. Главным виновником вакханалии есть основания считать усатого английского дядьку Герберта Уэллса, без зазрения совести напридумывавшего сюжетов, которые кормили бы менее оперативных товарищей ещё много-много лет. Хотя до него был ещё Жюль Верн, который не только капитана Гранта искал, а ещё и захватывал мир на вертолёте, плавал на подводной лодке, стрелял газовыми снарядами из суперпушки, летал из неё же на Луну и выселял миллионеров на океанские лайнеры. А ещё раньше был Фрэнсис Бэкон, отец современной науки и технократизма, в «Новой Атлантиде» (XVI век) снабдил поселян высокотехнологичными девайсами, включая магнитофон, подлодку и прочее… ну ты понел. При желании к фантастике можно причислить и Франкенштейна, и готический роман, и качественную российскую музыку, но, скорее всего, в этом нет нужды.

Классификация произведений

Классификация произведений, так или иначе причисляемых к фантастике, обычно становится поводом для холиваров а-ля «Желязны — НФ или фэнтези?» Осложняется ситуация тем, что в среде поклонников научной фантастики ценителей фэнтези зачастую считают неполноценными любителями сказочек. Свою лепту в разрастающуюся проблему внёс, не успев зародиться, киберпанк.

При всей условности деления, среди тонн дёгтя и капли мёда всё же можно выделить несколько направлений.

Собственно научная фантастика

У данного жанра давно отпала потребность в прилагательном, и тем не менее, любую эпопею с бластером и восстанием машин заведомо причисляют к НФ. Научной такую фантастику продолжают называть, даже если автор опуса из всех «наук» имеет понятие разве что о саентологии.

Основные направления

Live long and prosper

Всё это уже было у Лема

Любимыми мотивами авторов «научки» являются:

• Космические путешествия (космические оперы). Понять истинное очарование этого словосочетания может лишь тот, кто в своё время мечтал о принцессах Лее или Лианне (Э. Гамильтон «Звездные короли»).
• Контакт. Зачастую представлен в произведениях предыдущего типа. Однако не всегда «Космическая гончая» сталкивается с искомой хуйнёй — бывает и так, что починяющий примус смиренный обыватель и без всякого космоса находит приключений-на-свою-жопу. Развитие событий во многом зависит от благоразумия героев, намерений мыслящих саламандр и предпочитаемого автором типа веществ (М. Лейнстер «Первый контакт»). Постсингулярный вин — «Глубина в небе» Вернора Винджа и «Ложная слепота» П. Уоттса.
• Путешествия во времени. У тех, кто не налюбовался Леей, остаётся Алиса Селезнёва. Более сосредоточенные любители фантастики задумываются о таких вещах, как парадокс дедушки (путешественник возвращается в прошлое, где убивает собственного дедушку), парадокс бабушки (вместо бессмысленного убивания предка путешественник внедряет в него свой набор хромосом). Наиболее абсурдистский в этом плане — рассказ Р. Хайнлайна «Все вы, зомби» (он же «Уроборос»). Очень опасный (для автора) жанр, поскольку написанные в нём произведения, не имеющие логических проколов, можно пересчитать по пальцам. Классика жанра — «И грянул гром» Брэдбери и «Седьмое путешествие Ийона Тихого» у Станислава Лема. Одно из наиболее логичных произведений (содержит, можно сказать, псевдоматан по теме) — каноничный «Конец Вечности» Азимова, а однозначный вин на поприще НФ-лулзов в рамках данной темы — «Фантастическая сага» Гаррисона. Основателем жанра считается Герберт Уэллс с его «Машиной Времени» (первоначальное название — «Аргонавты Времени»).
• Альтернативная история. Жанр измышлений на тему «а вот если бы история пошла не так, а эдак». В жанре есть свои шедевры — к примеру, каноничный роман любителя веществ Филлипа К. Дика «Человек в высоком замке», а также околостимпанковские вещи Г. Гаррисона («Да здравствует трансатлантический туннель», «Запад эдема»). В этой стране, к сожалению, пишется поцреотами и либерастами разных сортов, поэтому состоит из политического срача на 95%. К примеру, есть целая категория авторов, считающих, что если бы союзники не выиграли войну, мы сейчас пили бы баварское вместо клинского (А. Лазарчук «Все, способные держать оружие»). Однако поцреотов на данный момент намного больше. Очень часто эта жуть сочетается с хронооперой про попаданцев.
• Восстание машин. Один из наиболее нещадно эксплуатируемых сюжетов, к тому же заставляющий хомячков лишний раз радостно поволноваться — ещё бы, ведь сами себе могилу роем! А идиотов — вести себя враждебно по отношению к микроволновкам (Р. Шекли «Страж-птица»). Диаметрально противоположные сюжеты, в которых роботы внезапно начинают любить и страдать, немного смягчают обращённый против микроволновок гнев (Цикл рассказов и романов А. Азимова о роботах). Основатель жанра, «R.U.R.» К.Чапека — сразу и то, и другое. С него и пошло гулять по миру слово «робот» (которое в переводе с языка Гашека почти значит «работник») в его современном значении.
• Мутации и генная инженерия. Внезапно, про мутантов и достижения генной инженерии. Сюжеты разнятся от тяжелой судьбы не-таких-как-все и превозмогания (Эндрю Никкол, «Гаттака»), до открытого противостояния (Дж. Уиндэм «Куколки / Хризалиды», Дейв Волвертон «На пути в рай»).
• Параллельные миры . Истории о том, что параллельно нашему есть ещё и другие миры, по которым и путешествуют (реже просто контактируют) герои. Два основных подвида: миры, похожие на наш (вплоть до наличия двойников героев), но несколько отличающиеся (К. Саймак «Кольцо вокруг Солнца»), и самостоятельные миры (А. Азимов «Сами боги»). Старик Уэллс и тут в первых рядах: роман «Люди как боги» 1923 г.
• Большой пиздец. В представлении не нуждается. Особо драматичны произведения, в которых чума на все ваши дома — вина одного-единственного человека («Адам без Евы» Бестера).
• Постапокалиптика — про то, как люди и мутанты живут и выживают после Большого Пиздеца. Миры напоминают новое Средневековье с распадом на небольшие поселения, децентрализацией власти и дикой моралью.
• Утопия и Антиутопия. Первое описывает некий идеальный мир и его устройство: внезапно Т. Мор «Утопия», «Мы» Замятина, «Туманность Андромеды» Ефремова, мир Полудня Стругацких (но только по отношению к этому глобусу). Второе, соответственно, — некий мрачный уродливый мир, обычно тоталитарный и чаще всего с политическими аллюзиями: «1984» Оруэлла, «О дивный новый мир» Олдос Хаксли, «Мы» Замятина, «Час Быка» Ефремова, «Град Обреченный» и «Гадкие лебеди» АБС, «Родной мир» Гаррисона, «451 градус по Фаренгейту» Брэдбери. Зачастую антиутопия показывает оборотную сторону той же утопии, ибо «что немцу хорошо, то еврею — холокост».
• Исследования. Как можно понять, рассказывается о столкновении с неким неисследованным объектом/явлением, которое в процессе и изучается (М. Лейнстер «Данайцы, дары приносящие» или А. Кларк «Свидание с Рамой»).
• Повседневность. Обычная жизнь обычного космонавта/хрононавта и т. д. Ну, то есть обычная для того фантастического мира и необычная для читателя (Дж. Уайт «Космический госпиталь», тот же Лем со своей никого не оставляющей равнодушным серией про астронавта, а также пилота и навигатора, Пиркса).
• Религиозные события. В географических рамках католицизма снимаются фильмы по идеям сборника еврейских сказок, в которых как бы неназойливо показывают как надо правильно жить. Или же троллинг религии разной толщины, вроде «Иов или осмеяние справедливости» и «Если это будет продолжаться…» Хайнлайна.
• Киберпанк — фантастика про электронику, киборгов и продажную девку империализма — кибернетику. Именно этот жанр на некоторое время вдохнул жизнь в агонизирующую фантастику, поразив юные умы и убедив на некоторое время ньюфагов, что матан — это круто. Однако двух с половиной писателей оказалось недостаточно для того, чтобы закончить покорение рынка эффектным фаталити. На данный момент киберпанк находится в стадии debilis vitae, что, впрочем, не так уж удивительно, учитывая закон Старджона.
• Стимпанк — ретрофантастика на тему «а если бы технологии развились иначе». По сути, тот же киберпанк в плане социальной системы и героев, только без виртуальности, нейрошунтов, хакерства, киборгов и прочей атрибутики. Вместо них — дирижабли, паровозы, шагоходы и прочие жюльверновские извраты, а также костюмчики в духе Викторианской эпохи. Правда, вскоре выяснилось, что большинство авторов жанра собственно паровые двигатели игнорирует, а то и забирается глубже в XX век. Для совсем уж неформатных выдумали ярлык «дизельпанк». Это уже 30-е годы XX века, небоскрёбы на фоне дымящих заводских труб, огромные корабли, дирижабли-авианосцы, воздушные пираты, «лучи смерти», отважные лётчики-одиночки, танцующие фокстрот с сексапильными дамочками в свободное от подвигов время. «Настоящий» стимпанк в основе своей фантастика научная, материалистическая, безо всякой магии и, упаси боже, эльфов.

Значимые авторы

OCHE много текста: 

• Жюль Габриэль Верн — родоначальник НФ, пророк электричества, подводных лодок, вертолётов и много чего ещё (кроме розовых танков). Хотя множество его изысканий ныне вызывает улыбку, по меркам бородатого столетия смотрелся более чем правильно; вполне неплох и по сей день. Несмотря на славу певца науки, в реальности в её пользе сомневался. Славу приобрёл по причине того, что был много и часто правлен редакторами: сперва своим другом и издателем Этцелем, а затем, после смерти (дядюшка Жюль был весьма плодовит и наштамповал кучу книжек «в стол»), собственным сыном Мишелем — тоже, кстати, недурным писателем, пусть и раздолбаем по жизни.
• Герберт Уэллс — английский фантаст, известный в первую очередь апокалиптичной «Войной миров» (по которой относительно недавно был снят фейльм). Показательно, что радиопостановка «Войны миров» в США вызвала у значительной части населения абсолютную уверенность в том, что ОНИ всё-таки прилетели. Включив радио и позабыв включить носитель интеллектуальной деятельности, тысячи американцев уверовали в достоверно изображённый режиссером Орсоном Уэллсом адов пиздец. Сей факт продолжает доставлять даже много десятилетий после того знаменательного дня, когда правительству пришлось объяснять, что злобные фуфлорианцы не заняли Вашингтон и не нужно спешно эвакуироваться на альфу Центавра. Также автор «Человека-невидимки», породившего волну фильмов и подражаний. Менее известны такие его произведения, как «Машина времени», «Остров доктора Моро», «Когда спящий проснётся», «Пища богов», «Самовластие мистера Парема» про внезапно фошыстскую Бриташку и другие, автор большого числа рассказов разной степени фантастичности и мрачности (например, «Странная орхидея», «Волшебная лавка», в числе прочих — «Правда о Пайкрафте», лулзовая сказочка, по которой в совке был снят тот ещё мульт, см. здесь). Массам неинтересен, потому что в книжных магазинах и интернетах обычно заслуженно ставится в ряды классики. Как было сказано, придумал большую часть ныне эксплуатируемых сюжетов — а если и не придумал, то впервые оформил в надлежащем виде. Так что за всевариативные машины времени, населённые ужасными созданиями одинокие острова (дедушка, ты?) и атаки пришельцев поклон бить в первую очередь ему. Изобрел Вархаммер. Также эпичен войной с применением атомных бомб в романе «Освобождённый мир». Лет чуть менее чем за сорок до собственно создания описал применение эйбома. Писал он, к слову, и вовсе не фантастические романы, но широкой публике они почти неизвестны.
• Айзек Азимов (Исаак Озимов) — мало того, что еврей-эмигрант с-под Смоленску, так ещё и фантаст, профессор биохимии и популяризатор науки. Славен в основном хорошим, годным раскрытием темы роботов и их отношений с людьми («Я, робот», цикл «Позитронные роботы»). Также стоит выделить эпичную (история растягивается на примерно двадцать тысяч лет) серию «Основание» (варианты перевода — «Академия», «Фонд», «Фундамент», «Установление», «Основатели»), повествующую о Большом Всегалактическом Пиздеце и последующей победе сил Разума над Хаосом. Не почурался затронуть в книге «Сами боги» ксенопроблемы аж трёх полов. Так же как и многие его современники-футурологи, писал т. н. «Историю будущего», поэтому почти все его художественные произведения имеют общую историю (были планы объединить в один мир так ещё больше произведений, но автор не успел). Создатель Трех (или Четырёх) Законов Роботехники, хотя сам Азимов утверждал, что придумал их Джон Кэмпбелл^[1]. Алсо, написал кучу научно-популярных книг а-ля «История для чайников», а также немногим меньше по химии и биологии.
• Стругацкие — предмет культа и наше всё. Начинали как рьяные комсомольцы, закончили почти как диссиденты, а всё лучшее написали в промежутке. Любимая тема — прогрессоры, которые прилетают на планету, застрявшую в грязном-вонючем-прошлом, и пытаются наставлять быдло на путь истинный («Трудно быть богом», «Обитаемый остров», «Попытка к бегству», «Парень из преисподней»). В конце концов, придумали «странников», которые подтягивают уже самих прогрессоров. Создатели кучи афоризмов.

Выеби меня, Рэй Бредбери!

• Рэй Брэдбери — автор, сделавший из этой вашей фантастики литературу. В основном писал рассказы (более четырёх сотен), но и парочку романов тоже — например, «451 градус по Фаренгейту», автобиографическое и к фантастике отношения не имеющее «Вино из одуванчиков». Его отец — потомок первых английских иммигрантов, мать — шведка. Школьникам может показаться скучным, поскольку главный его прием — это психологизм, а не бластеры и звездолёты. Гикам аналогично из-за изредка несомого им технического бреда, в отличие от технаря Азимова. Ушел на повышение в июне 2012.
• Артур Кларк — «Одиссея 2001» (а также 2010, 2061, 3001), совместно со Стенли Кубриком снял одноимённый фильм. Также автор множества рассказов и повестей, винрарных намного более «Одиссеи». По профессии инженер-электронщик, один из разработчиков первых радаров. Активный футуролог, многие из его рассказов пытаются предсказать развитие человечества. Сформулировал три закона, наиболее известный из которых третий, изрядно доставляющий почитателям матана: «Любая достаточно развитая технология неотличима от магии». Следует заметить, что именно Кларк предложил идею использования радиоспутников на геостационарной орбите, без которых спутниковое телевидение, GPS и современные интернеты оставались бы до сих пор фантастикой. Именно поэтому второе название ГСО — «орбита Кларка». Ещё он (но уже не первым) придумал космический лифт и честно признал первенство русского изобретателя Арцутанова.
• Станислав Лем — кроме того, что вообще хороший, годный писатель, прославился именным доносом от Филипа Дика. Обезумев от количества байт, выдаваемого поляком, американец немедля настрочил в ФБР, что, мол, никакой он не Станислав, а коллектив литературных негров, и фамилия его никакая не фамилия, а аббревиатура Ленин-Энгельс-Маркс, впрочем Лему было похуй, жил-то он не в Америке. Что, впрочем, никак не преуменьшает заслуг автора таких персонажей, как Ийон Тихий и пилот Пиркс. Также отметился как футуролог («Сумма Технологии», что является аллюзией на винрарное сочинение Фомы Аквинского) и публицист («Мегабитовая Бомба», про эти самые интернеты, кстати). Дедушка Лем настолько хорош, что после него никто из поляков не решается писать фантастику, чтобы не провалиться на фоне дедули, а кто таки решается — таки проваливается и быстро впадает в ничтожество. Поэтому поляки сейчас пишут в основном фэнтези.
• Роберт Хайнлайн — профессиональный расовый американский вояка^[2] переквалифицировавшийся в писаку. Вместе с Азимовым и Кларком входит в «большую тройку» научной фантастики. Именно Хайнлайн придумал или первым в деталях проработал вещи, потом превратившиеся в стандартные штампы фантастики: спейсмаринов с battle suit-ами в их каноничном виде («Starship Troopers»); войну человечества на уничтожение против враждебной расы инсектоидов (там же); пришельцев, зохватывающих моск («Puppet Masters»); корабли поколений («Orphans of the Sky»); много чего помельче. Ранние произведения полны землянского ымперства, милитаризма и пафоса и ориентированы, в основном, на школоту — наследие военно-морского образования и службы во флоте США. Под благотворным влиянием третьей жены, Вирджинии, к 50-ти годам таки перестал стесняться и начал писать книги для взрослых, как и хотел изначально. Фап-материала вы там не найдёте, но вот необычные взгляды на секс, взаимоотношения полов, семейный уклад и прочее подобное в фантастической обёртке — обязательно. «Чужак в чужом краю» — лучший роман этого времени — люто доставляет и рекомендуется всем. К концу жизни Хайнлайн стал писать уже в основном для своих малопонятных лулзов и перестал доставлять случайному читателю. В шестидесятом году побывал туристом в СССР, получил легкую душевную травму и в результате написал два рассказа «Pravda means truth» (1960 год) и «Intourist inside» (1979 г.) в которых разоблачил большевиков, потоптался по идеологии и не забыл про миллиард расстрелянных лично Сталиным. Его книги были неоднократно экранизированы, наиболее эпично — самый милитаристский роман «Звёздный десант»: в экранизации баттл сьюты полностью удалены, но полчища инсектоидов, эпические десанты, ползания по норам жуков и захват жучиного мозгового центра — во всей красе.
• Иван Ефремов — видный советский палеонтолог (хотя в молодости и был моряком, что отражено в нескольких ранних рассказах), большой любитель Древней Греции, женской красоты и светлого будущего. Наиболее известен «Туманностью Андромеды», где описал безумно отдалённое (примерно пятое тысячелетие) коммунистическое будущее, в котором комсомолки похожи на греческих богинь. Также любил пописать о мудростях и тайнах Востока, а в «Часе быка» заклеймил китайский маоизм, выведенный под видом инопланетного тоталитаризма. В свободное от НФ время — автор множества исторических романов. Язык изложения его книг может показаться скучным: подробно расписываются ход экспериментов, прилёт, сбор данных etc., мало пафоса, зато много похвал построенному в будущем коммунизму. Сам мэтр назвал фантастику «беллетристикой о науке».
• Гарри Гаррисон — тот еще писатель. Сложно найти жанр, где бы он основательно не потоптался. Нелюбим снобами потому, что писал, в основном, беллетристику, любим остальными за то, что делал это хорошо. Самые известные его произведения — серии «Мир Смерти», «Стальная крыса» и «Билл — герой галактики». Будьте осторожнее: последние книги «Мира Смерти» суть еретичные фанфики Анта Скаландиса, хотя и благословленные ГГ. Надо ли говорить, что получилось УГ? В войну служил бортстрелком на «летающих крепостях», после чего глубоко и искренне возненавидел армию во всех её проявлениях и издевался над армейским идиотизмом всеми возможными способами. Умер 15 августа 2012 года.
• Фрэнк Герберт — ещё один любитель масштабной и пафосной НФ. Известен шестикнижием «Дюна». Отличился весьма оригинальным подходом к будущему человечества: в результате восстания широких масс быдла все «мыслящие машины» были запрещены. Ни тебе ни роботов, ни ИИ, ни всего остального, столь милого душе киберпанк-фага. Следствие — появление хомо-супериоров всех мастей. Живые компьютеры, полубессмертные бабы с нечеловеческими рефлексами и так далее. Всё это не без помощи самых разнообразных веществ, в том числе убервещества — меланж/спайс. Концепция Галактической империи и всезнающего Бога-Императора на троне кое-кому может напомнить кое-что 1987 года выпуска, но тут надо уточнить дату написания Дюны — 1965 год. Также стоит отметить весьма детально проработанный и (насколько это возможно для НФ) имеющий видимость достоверного мир. Замечен в потугах давать порождениям своей фантазии сколько-нибудь разумное (читай — околонаучное) обоснование: биологии, химии, экологии, физики, социологии и прочего в книгах немало. Что в выгодную сторону отличает его от 95% процентов фантастов, выдумывающих сколь угодно неебические девайсы и концепции. Написал трилогию (если учитывать вступительную повесть — тетралогию) «Пандора», от которой плавится мозг даже у отъявленных дюно-фагов, а также множество рассказов и романов разной степени винрарности, но «Дюну» таки вспоминают раньше всех. После смерти папочки его сынуля, Брайан Герберт, вознамерился поиметь свой маленький гешефт с раскрученной франшизы и написал энное количество достаточно унылых приквелов и не так давно издал седьмую и восьмую части «Дюны». Это печально.
• Филип Киндред Дик — гениальный наркет, поделивший фантастику на ноль. Внезапно, после контакта с некой сущностью (Валис) Дик свёл воедино самые шизанутые парадоксы, вокруг которых авторы-предшественники осмеливались лишь стыдливо пометить территорию, чем смутил много умов и прельстил не меньше сердец (хотя, по сути, он всего лишь рассказал нам о гностицизме). После чего умер. Был неоднократно экранизирован: например, «Вспомнить всё» (снятый по рассказу «Из глубин памяти», финал которого, кстати, помощнее финала фильма) и «Крикунов» (снятых по рассказу «Вторая модель», опять-таки — гораздо более свирепому и мрачному, и вдохновивших отчасти создателей «Терминатора»). Грозное предостережение в виде романа «Убик» какбе намекает, что это вовсе не Дик загнулся, а все остальные, в том числе читающие сейчас этот текст, нарезали коней во цвете лет. Автор же преспокойно взирает на это безобразие из гиперпространства и усмехается в бороду. Обычным людям можно рекомендовать для первого знакомства «Игроков с Титана» и «Кланы спутников луны Альфы» в хорошем переводе, ибо в них у всех героев с башкой всё непросто, а уж с восприятием окружающего мира — и подавно.
• Роджер Желязны — поляк по папке, ирландец по мамке, рожден в Америке. Служил в Национальной гвардии, а потом в одном из подразделений психологической войны, имел черный пояс по айкидо. Прославился десятитомником «Хроники Амбера», а также несколькими романами, повестями и прочими рассказами. Творчество сего автора экспериментально и требует нехилого СПГС, хотя есть вещи, подобные «Долине проклятий», в которых весь упор только на один сюжет и какую-никакую соображалку вкупе с эрудицией. В общем, bydlo not approved. Доставляет проработанными типажами одних персонажей и лулзностью других, взять хоть растение-телепат М’мрм’млрр или СПЕЙКУС из «Дверей в песке». ГГ стабильно являются богами, полубогами, бессмертными, обладают невероятными умениями, иногда всё вместе. Несколько раз работал в соавторстве с такими титанами жанра, как Бестер, Дик и Шекли.
• Ларри Нивен — один из крупнейших представителей именно научной фантастики, по грандиозности вплотную приближающейся к космоопере. Да, никакого антинаучного бреда, только многочисленные консультации с учёными с целью максимальной достоверности и соответствия науке. За каждой его книгой стоит едва ли не диссертация по физике и астрономии. Достаточно прочитать авторское предисловие ко второй книге серии «Мир-кольцо», где он рассказывает, какие добавил детали, чтобы исправить косяки, найденные внимательными читателями в первой. Замечен в любви к советской науке (сейчас кажется смешным, но в «Интегральных деревьях» компьютерной технике приказы отдаются на русском языке, типа русскими разработаны). Правда, многие его работы (особенно ранние) содержат устаревшую научную информацию и часто имеют ляпы.
• Клиффорд Саймак^[3] — писал практически про всё, от машины времени до Большого Полярного Пушного Зверька и параллельных миров, но обычно затрагивал социальные и этические аспекты. Его пасторальные темы пересекаются с творчеством Бредбери. В на�